энфэрна́ль (французский, "infernal") — музыкальный термин, означающий "адский, дьявольский, исчадие зла".

Дословный перевод и смысл:

От латинского "infernalis" (от "infernus") — обозначает "подземный", "адский", "относящийся к преисподней".

Буквально infernal означает "адский", "дьявольский".

Этот термин обозначает характер музыки, который должен вызывать образы ада, демонических сил, неистовства, ужаса или неконтролируемой злобной энергии.

От более общих указаний на ярость, таких как "furioso", его отличает специфическая мифологическая и религиозная окраска, связанная именно с потусторонним, демоническим злом.

Применение в музыке:

infernal используется как выразительная ремарка для создания музыки устрашающего, демонического или сатанинского характера. Например, "danse infernale" (адский танец) может предписывать быстрый, неистовый темп, резкие диссонансы, гротескные скачки мелодии и мощные, "тяжёлые" акценты. Так, этот термин часто встречается в программной музыке, опере и балете, изображающих сцены шабаша, адские муки или явление нечистой силы.

Нюансы и сравнения:

infernal акцентирует сверхъестественное, адское зло, в то время как "diabolique" (дьявольский) может быть более игривым и виртуозным, "démoniaque" (демонический) — более мрачным и одержимым, а "terrifiant" (ужасающий) — более общим страхом без мифологической специфики.

Исторический контекст:

Изображение ада, дьявола и демонических сил было популярной темой в музыке эпохи барокко, особенно в операх, ораториях и кантатах на религиозные или мифологические сюжеты. Композиторы барокко, такие как Жан-Батист Люлли (в опере "Альцеста" — сцена ада), Георг Фридрих Гендель (в оратории "Воскресение" — сцены у врат ада) или Дитрих Букстехуде (в кантате "Ihr lieben Christen, freut euch nun"), создавали музыку для подобных сцен, используя специфические средства. Конкретно, это проявлялось в использовании низких регистров (особенно фаготов и тромбонов), хроматизмов, уменьшённых септаккордов, быстрых тремоло и резких динамических контрастов, чтобы вызвать чувство ужаса и смятения. Специфика понимания этого аффекта в ту эпоху была глубоко укоренена в христианской культуре и риторике, где музыка должна была не только изображать, но и морально наставлять, показывая ужасы греха.

Итог:

infernal — выразительная ремарка, требующая создания музыки адского, демонического характера, насыщенной диссонансами, низкими тембрами, неистовыми ритмами и резкими контрастами для передачи ужаса и сверхъестественного зла.